На ложе царском я дремал.
Еще я помнил вздохи, стоны,
Весь наш порыв - в неясном сне, -
И грудь горячая Дидоны
Все льнула трепетно ко мне…
И вот - внезапный свет сквозь тени,
И шелест окрыленных ног.
Над ложем сумрачным - Циллений
Склоняет посох, вестник-бог.
"Внемли, вещает, сын богини!