Я, юноша, топтал бессмертные снега;

И сладостно впивал таврические чары,

Целуя - Пушкиным святые берега!

Как Вяземский, и я принес поклон Олаю,

И взморья Рижского я исходил пески;

И милой Эдды край я знаю, - грустно знаю:

Его гранитам я доверил песнь тоски.

Глазами жадными я всматривался долго

В живую красоту моей родной земли;

Зеркальным -озером меня ласкала Волга,