– Хорошо, – медленно произнес Аркадий, – я приду, это – мой долг.
Заговорили о другом. За беседой не заметили, как вернулся Влас Терентьевич. В его присутствии Аркадий сразу потерял свою развязность, встал со скамейки, снял шляпу.
– Да, брат, – сказал Влас Терентьевич, – шапочку-то снять должно. Икона здесь. Тоже – не басурман, поди. Ну, здравствуй, здравствуй. Токмо у нас теперича дело есть. Может, когда другой раз зайдешь. Кузьме, оно, недосуг.
– Извините, Влас Терентьевич, я зашел на минуту. Мне тоже пора в банк. Я сам – человек работающий.
– Ну это, того, дело. Прощения просим.
– До свидания, Влас Терентьевич. Прощай, Кузьма.
Кузьма стоял, покраснев от смущения.
– До свидания, Аркадий! На днях зайду к тебе.
Когда Аркадий вышел, отец угрюмо посмотрел на Кузьму.
– Не нравится мне, того, этот твой стрекулист. Не дело, оно, в рабочие часы по чужим лавкам шмыгать. И опять же, служит на хорошем месте, а во что одет? Пальтишко ветром подбито. Чай, холодно сердешному.