— Правда? — воскликнула Ада, простирая к нему руки, — правда? навсегда? навсегда? и вместе?
…Латыгин вдруг вспомнил их давнюю клятву.
— А помнишь, — сказал он, — тот поцелуй, который мы обещали друг другу при свидании?
— Ах, да!
И Ада, улыбаясь опять, как маленькая девочка, обняла его к, прижавшись губами к его губам, не отпускала долго, впиваясь медленно и сладострастно. Теперь ее лицо было весело, она беспечно хохотала, она веселилась, но он помнил, что надо торопиться.
— Идем скорее, — сказал он.
— Как идем? Куда?
— Мы не можем оставаться здесь.
— А почему?
— Но, боже мой, сейчас вернется моя жена.