В Аравии, согбенный ствол,
Так медленно точит измученная память
Воспоминанья благ и зол.
Но меж всех обликов, что, плача и ревнуя,
Моя мечта навеки избрала,—
Воспоминание святого поцелуя,
Что девушка, вся в черном, мне дала.
Был пуст туманный порт, весь мир как будто вымер;
Колеблемый в береговой воде,
Стоял у пристани заокеанский стимер,