Бродил и помню все, как сон во сне.
И вот виденья вновь встают тревожно,—
Заклятьем вызваны вновь к бытию,
Как в синема, проходят фильмой сложной.
Знакомые картины узнаю:
То — древний Рим, его дворцы и храмы,
В лучах он нежит красоту свою.
Повсюду — мрамор, чисто, стены прямы;
Он, как бывало, светом осиян,
На алтарях курятся фимиамы…