В лицейских стихах Пушкина много крайне небрежных рифм. Образцами в рифмах юный Пушкин избрал себе Батюшкова и Жуковского, не последовав ни за Державиным, считавшим достаточным рифмовать гласные, не обращая внимания на согласные, ни за Херасковым, стремившимся соблюдать в рифме опорную согласную. Но неопытность молодого стихотворца заставляла Пушкина часто делать прямые ошибки в рифмовке слов. Так, в лицейских стихах встречаем рифмы: "богатства -- государства", "брег -- поверг", "мак -- крылах", "китайца -- американца", "весельи -- исчезли", "рад -- писать" и т.д.*

______________________

* Значительный список таких рифм (однако не исчерпывающий) см. у Ф.Е. Корша, op. cit, стр. 18.

______________________

Во втором периоде Пушкин вырабатывает для себя правила рифмы, в общем соблюдаемые русскими поэтами до сих пор. Пушкин считает рифму, начиная с ударяемой гласной, не обращая внимания на опорную согласную. Только для мужских рифм на гласную он признает нужным, да и то не всегда (по образцу французских поэтов), рифмовать и опорную согласную. Сходные в произношении звуки в рифме смешиваются: а и я, ы и и, о и е, у и ю, c и е, д и т, з и с, ф и в, б и п, ж и ш, к и г, и т.д. Смешиваются и сходные в произношении окончания ого (правописание времен Пушкина аго) и ова. Приставка й к неударяемому слогу в конце слова не изменяет рифмы. Не изменяют ее и сходные (обе твердые или обе мягкие) гласные, стоящие после ударения, например, о и ы, и и е (c). Энклитические слова, без ударения, тесно примыкающие к предыдущему слову, рифмуются с целым созвучным словом, образуя составную рифму, и т.д.

Таким образом, чисто пушкинскими рифмами надо признать следующие: 1) при сходных звуках: "как-нибудь -- блеснуть", "брегет -- обед", "раз -- васисдас", "уверен -- Каверин", "под Азовом -- суровым", "послушный -- простодушной", "милый -- силой", "снова -- рокового", "младого -- снова" и т.д.; 2) при дополнении звука й: "мечтаний -- няне", "славы -- лукавый"; надо заметить, что таких рифм у Пушкина сравнительно немного, но зато, отчасти под влиянием правописания своего времени, Пушкин считал себя вправе рифмовать не только ый и ой, но и ый и о (неударяемые), например: "благородный -- угодно"; 3) составные рифмы: "моложе -- что же", "нельзя ли -- побежали", "нельзя ль -- жаль", "Чайльд-Гарольдом -- соль-дом", "отвечай-ка -- хозяйка" и т.п.

Однако даже в пору расцвета техники Пушкина в его стихах встречаются различные уклонения от таких правил, частью намеренные, преследующие известные цели изобразительности, частью -- объясняемые только недосмотром поэта.

Во-первых, и в поэмах и в лирике встречаются единичные стихи не срифмованные. Часто это можно объяснить ошибкой издателей или переписчика (хотя бы переписчиком был сам Пушкин). Таких стихов немало в лицейском периоде, но есть они и в позднейших. Так, в стихотворении "Рифма -- звучная подруга" в первой строфе остался не-срифмованным 4 стих, отчего вся строфа стала короче следующих. В "Бахчисарайском фонтане" остается без рифмы стих: "Мелькала дева предо мной". В "Медном Всаднике" без рифмы осталось 3 стиха: "И не нашел уже следов", "На город кинулась. Пред нею", "А спал на пристани. Питался" и т.п. Наоборот, случается у Пушкина, что одна и та же рифма повторяется слишком долго. Так, в поэмах и длинных стихотворениях рифма одного четверостишия иногда не только повторяется в следующем, но идет даже далее. Таковы рифмы в конце 1-й песни "Полтавы": "забывает -- открывает -- затмевает -- воображает", или рифмы "Вадима", где одно слово повторяется дважды: "Старика -- ветерка -- река -- старика" и др.

Во-вторых, Пушкин иногда слишком свободно понимал сходство звуков. Нельзя осудить, несмотря на их смелость, рифм, как "пожалуй -- малый", "оракул -- каракуль", но, по выражению Ф.Е. Корша, конечно, сам Пушкин "не одобрил бы таких созвучий, каковы": "Васька -- коляска", "вручив -- вкривь", "низкий -- александрийский -- склизкий", "молот -- город", "союз -- боюсь" и т.п. Кроме того, не всегда требуя для мужской рифмы на гласную опорной согласной, Пушкин идет в этом отношении слишком далеко. Можно примириться с тем, что он рифмует без опорной согласной слова на я и ю (как йотированные гласные) и даже на и (как на гласную, очень сильную в произношении), например: "меня -- моя", "себя -- я", "пою -- молю", "королю -- свою", "любви -- мои", "колеи -- земли". Уже слабее рифмы, как: "пустой -- землей", "мое -- Gillot", но совсем слабыми надо признать рифмы, как: "она -- сошла", "плоды -- мечты", "пуста -- пруда", "толпу -- арбу". Недостатком рифмы является и рифмовка двойной согласной (в женских окончаниях) с одной: "бездыханна -- Диана" и т.п.

С современной точки зрения приходится осудить еще рифмовку ё с е: "черкеса -- утеса", "лес -- грез", "железы -- слезы", "тяжелой -- оробелой" и т.п. Наконец, недочетом рифмы является и рифмовка слов одного корня, что нередко у Пушкина: "скажи -- укажи", "отважно -- важно", "знать -- узнать", "шли -- нашли", "снес -- донес" и т.д. При этом Пушкин порой довольствуется простым повторением слова вместо рифмы, иногда в новом смысле, иногда в том же: "сапоги -- сапоги" (в песне Франца): "мира -- мира" ("Безверие"), "мира -- мира" ("Руслан"), "до них -- их" ("Е. О.") и т.д. Иногда этот прием производится Пушкиным явно намеренно, в произведениях шутливых, в народном складе и т.п., например: "А что же делает супруга -- одна в отсутствие супруга" ("Граф Нулин"), "гости -- в гости" ("О царе Салтане"), "слезы точит -- нож... точит" ("Жених"). Сюда же относятся рифмы составные, буквально повторяющие слово: "по калачу -- поколочу", "по лбу -- полбу".