Ты ошибся, Теотль! Мы -- не последние люди! Есть еще другие залы! Там живёт истинное человечество. Ему вверена жизнь Земли! Оно предстоит за Землю пред Творцом. А мы -- лишь несчастная толпа, заблудившаяся в тёмных залах, отрезанная от своего ствола ветвь. Пусть погибнем мы, Земля -- жива!
С потрясающим грохотом купол разверзается. Сноп солнечного света врывается в залу. Мгновенно наступает полная тишина. Многие падают на колени. Женщины рыдают.
Один. Слепну!
Другой. Это -- огненный ангел, трубящий в золотую трубу!
Некто. Господи! Отец отцов наших! Научи меня молиться! Почти всех. Научи нас молиться, Господи!
Теотль (молитвенно). Вижу твой исполински лик, о, Смерть! Он смотрит на меня пристально. О, блаженство, что вижу твое торжество! Вот ты возносишь на нас всё мощную руку. Рази! Искуплен грех разъединения. Ликует душа, предчувствуя последний миг. Солнце, солнце! Твои лучи не прожгут того мрака, в который ринусь я! (Шатается, хватаясь за грудь).
У многих вырывается стон. Затем в диком исступлении все поднимаются с колен. Глаза людей расширены, руки простерты. Хотят кричать, но не достаёт голоса. Иные безумно хохочут. Обнимаясь, судорожно сдавливают объятьями друг друга. Теотль ещё продолжает благословлять толпу. Потом и он падает. И медленно, медленно вся стихнувшая зала обращается в кладбище неподвижных, скорченных тел, над которыми из разверстого купола сияет глубина небес и, словно ангел с золотой трубой, ослепительное солнце.
1904 г.