Все станет пепл пред взором пришлеца.
Мой потаенный храм, мой мир былых годов,
Всё станет — ряд расписанных гробов.
Пусть жизнь зовет, шумит, пусть новый вьется стяг.
Я вас храню. Вас не увидит враг.
1910–1911
ПО МЕЖЕ
Как ясно, как ласково небо!
Как радостно реют стрижи
Вкруг церкви Бориса и Глеба!