Затем он для чего-то вытер свои довольно чистые руки о грязные полы полушубка.
— Это что у тебя? — спросил Савва Кузьмич, кивая на свёрток.
— Поддёвка новая.
— Хорошая?
Парень осклабился.
— Буквально хорошая, казинетовая и на вате.
Савва Кузьмич улыбнулся.
— Празднику, значит, радуешься?
Парень просиял. Глаза его забегали, как мыши.
— Известно, радуюсь. Празднику кажиный хрестьянин, Савва Кузьмич рад бывает.