И хотел отвалиться от стены, но его внезапно закачало будто налетевшею бурей, тяжко надавливая на грудь, выпирая сердце.
Богавут поднялся со скамьи, сделал несколько шагов и пал ничком, зарывая лицо в траву, весь дергаясь в мучительных рыданиях.
-- А жить-то так хочется, -- умолял он кого-то жалобно. -- У-y, так хочется!
-- Трах-та-ра-ра! -- выкликнул над ним молодой, бодрый и совсем нестрашный голос.
Он поднял мокрое лицо к небу. Кто-то словно бежал там, над облаками, высоко-высоко, в огненной развевающейся мантии, с взлохмаченною бородой, огромный-огромный, призрачный.
-- Жить-то так хочется! -- простонал Богавут, умоляюще простирая к нему руки.
Огненный ответил весело и задорно:
-- Та-ра-ра-ра!
И сбросил несколько капель на голову Богавута.
-- Будь милостив, будь милостив, -- умоляюще простирал тот руки. -- Ты милостив!