— Я пойду к чаю распорядиться. Настя, займи юношу!
Она вышла из комнаты, шурша юбками. Мишенька остался с девушкой с глазу на глаз и закурил папиросу.
— Я об вас ужасти как соскучился, — вдруг выговорил он, робея.
Настенька вспыхнула.
— Я тоже, но только мне о вас скучать не велят.
— Кто не велит?
— Братец Ксенофонт; узнал, что вы у нас почти каждый день бываете, и не велит скучать.
Девушка улыбнулась.
— Впрочем, я проговорилась, мне не велели говорить вам об этом.
Мишенька покраснел.