Прилагаемое при семъ письмецо прошу отдать Матушкѣ Варсонофіи.
Анна Сергѣевна, сегодняшняя имянниница, Вамъ душею кланяется.
Простите Вашего въ Господѣ А. Бухарева.
3 Февраля 1871 г.
Адресъ по прежнему: Въ Переславль Залѣс. Владим. губ. А... М... Бухареву.
1) Печатаемыя письма архим. Ѳеодора (А. М. Бухарева) доставлены мнѣ въ копіяхъ, вѣроятно современныхъ подлинникамъ. Самарскимъ протоіереемъ Валеріаномъ Викторовичемъ Лаврскимъ, въ числѣ многихъ другихъ бумагъ, касающихся о. Ѳеодора. Гдѣ находятся подлинники -- мнѣ неизвѣстно. Но не будучи увѣренъ въ совершенной точности этихъ копій, я не рѣшился оставлять содержащіяся въ нихъ явныя описки; впрочемъ, число такихъ исправленій не велико, всего вѣроятно 4--5 мѣстъ. Всѣ неподписанныя примѣчанія составлены свящ. П. А. Флоренскимъ, отчасти по сообщеніямъ Анны Сергѣевны Бухаревой и Екатерины Александровны Лебедевой. О. В. В. Лаврскому и имъ обѣимъ приношу свою глубокую благодарность. Ред.
2) Варвара Васильевна Любимова и упоминаемая ниже Екатерина Васильевна Загорская были близкими знакомыми о. Ѳеодора по Казани. "Это были двѣ сестры,-- наслѣдовавшія богатство отъ своего отца -- доктора; Любимова -- замужняя, но бездѣтная, жила привязанностью къ дѣвочкѣ, своей воспитанницѣ. Загорская -- не замужняя цѣлые десятки лѣтъ, до глубокой старости, провела жизнь почти не вставая съ своего кожанаго кресла у окна. Лѣтописи Казанскаго бомонда не сохранили въ памяти современниковъ, что за крушеніе духа привело къ такому своеобразному отреченіе отъ міра эту молодую, здоровую, красивую, богатую наслѣдницу отцовскаго имѣнія и капитала; извѣстенъ только фактъ: она. какъ однажды надѣла черное платье, закрутила свои роскошные, черные волосы въ одинъ кокъ,-- вмѣсто плетенія косъ, и усѣлась въ кресло, такъ и просидѣла всю жизнь -- созерцательницей и критикомъ жизни, не принимая въ ней личнаго активнаго участія; она жила для своихъ крестьянъ, для своей многочисленной дворни, для своихъ приживальшицъ, для своихъ пансіонеровъ, получавшихъ ежемѣсячныя выдачи и по праздникамъ имѣющихъ -- каждый и каждая -- свое мѣсто за обѣденнымъ столомъ своей патронессы. Въ средѣ этой дворни никогда не переводились и дѣти; они выростали, воспитывались, обучались болѣе или менѣе, выдавались замужъ и давали новыя поколѣнія дѣтей. Для одной изъ воспитанницъ Е. В. Загорской жила даже гувернантка. И всѣ эти благодѣтельствуемыя становились -- однѣ болѣе,-- другія менѣе,-- предметами необходимости для благодѣтельницы, такъ что разлука съ иными изъ нихъ на 2, 3 дня была для нея причиной непрестаннаго потока слезъ" (прот. В. [В.] Лаврскій.-- Мои воспоминанія объ архимандритѣ Ѳеодорѣ (А. М. Бухаревѣ). "Вог. Вѣсти.", 1906, Т. 3, Ноябрь, стр. 548-550). О. Ѳеодоръ особенно охотно посѣщалъ дома Любимовой и Загорской ради дѣтей, которыхъ онъ очень побилъ (ср. id., стр. 549, 550). Вообще, о. Ѳеодора приглашали нарасхватъ въ семейные дома казанскіе дворяне. "О. Инспектора нынѣ, просто какъ какого-нибудь апостола, его казанскіе знакомые рвутъ одни у другихъ изъ рукъ; каждый хочетъ видѣть у себя въ домѣ и знакомые между собою цѣлыми толпами пріѣзжаютъ туда, гдѣ -- какъ знаютъ -- пообѣщался быть" -- пишетъ 24 ноября 1852 г. своей матери студейтъ Лаврскій, и далѣе даетъ примѣрное росписаніе выѣздовъ о. Ѳеодора за нѣсколько дней (id., стр. 532).
3) Антонина Ивановна Дубровина была гуверн5пткой въ домѣ вышеупомянутой Е. В. Загорской и въ горячо-дружеской близости съ Вари. Вас. Любимовой. Въ семьѣ Дубровиныхъ было много дочерей, и онѣ-то были соединительнымъ звеномъ круга казанскихъ знакомыхъ о. Ѳеодора. Иванъ В. Дубровинъ, купецъ-книгопродавецъ, сблизился съ Казанской Академіей какъ ктиторъ академической церкви съ 21 января 1858 г. по 14 декабря 1862), но оказался человѣкомъ не-церковнымъ и мало подходящимъ къ ктиторской дѣятельности, вслѣдствіе чего самъ отказался отъ нея (П. [B.J Знаменскій,-- Исторія Казанской Духовной Академіи, Казань, 1892, Вып. III, стр. 70). Повидимому это онъ разумѣется въ сообщеніи проф. П. В. Знаменскаго объ оффиціальности и холодѣ на паннихидѣ 20 мая 1864 г. по ректорѣ архим. Иинокентіѣ, какъ о выдѣлявшемся изъ ряда другихъ молящихся: "шумно заявлялъ свои чувствованія явившійся тутъ же купецъ Д.... обращаясь къ наставникамъ съ трогательными словами: "Плачьте, всѣ плачьте,-- друга моего не стало"" (id., Казань, 1891, Вып. г., стр. 248). И. В. Дубровинъ, кажется, не былъ близокъ съ о. Ѳеодоромъ. Не былъ ли это отецъ дѣвицъ Дубровиныхъ? Мать ихъ звали Христина Ивановна, а самихъ ихъ: Александра, Анна, Антонина, Наталья и Ольга; былъ еще сынъ Аркадій, ум 1858 г., на Новый годъ, лѣтъ 18-ти. ("Бог. В.", 1906, Т. 3, Ноябрь, стр. 544). Александра и Анна Ивановна служили классными дамами въ одномъ казанскомъ частномъ пансіонѣ; Антонина Ив., какъ сказано -- гувернанткой у Загорскихъ; Наталья Ив.-- у Корсаковыхъ. Впослѣдствіи Александра Ивановна вышла замужъ за В. В. Лаврскаго, сблизившагося съ Дубровиными по своему преподавательству у Корс5ковыхъ и по отношеніямъ къ о. Ѳеодору.
4) Общество Любимовой, Загорской, отчасти Дубровиныхъ и др. прот. В. В. Лаврскій называетъ, спустя 48 лѣтъ послѣ описываемыхъ событій, "оригинальнымъ монастыремъ" ("Бог. Вѣст.", 1906, Т. 8, Ноябрь, стр. 550); такъ же называли его и современные ему участницы его, и самъ о. Ѳеодоръ, причемъ Игуменіей называлась Варв. Вас. Любимова, казначеей -- Антонина Ив. Дубровина, будильщицей -- Марья Михайловна (ср. здѣсь же, письма И, V, V, XI, XIII, XV).
5) Екатерина Васильевна -- Загорская, сестра Вар. Вас. Любимовой [2].