Возникшія осложненія съ Японіею прервали налаженный образъ жизни покойнаго, и онъ былъ назначенъ 17-го декабря 1903 г. штурманскимъ офицеромъ на минный транспортъ "Енисей", находившійся въ Порть-Артурѣ. Изъ послѣднихъ писемъ покойнаго къ его матери видно, съ какимъ горемъ бѣдный юноша разставался съ своимъ роднымъ "Богатыремъ" и дорогими товарищами, какъ бы предчувствуя вѣчную съ ними разлуку. Прибывъ 24-го декабря 1903 г. въ Портъ-Артуръ, онъ 25-го вступилъ на роковой транспортъ, на которомъ и погибъ. Покойный, обладая нѣжною и любящею душою, по производствѣ въ офицеры, поддержалъ свою мать, помогалъ ей, такъ какъ она находится въ стѣсеснныхъ житейскихъ обстоятельствахъ.
31-го января въ г. Дальнемъ, какъ сообщаетъ "Новый Край", хоронили безвременно погибшихъ моряковъ, при взрывѣ транспорта "Енисей". Утромъ, пока въ соборѣ шла заупокойная литургія, совершаемая преосвященнымъ Иннокентіемъ, къ нарочно устроенному помосту, близъ церкви, были доставлены 11 гробовъ, два офицерскихъ и 9 нижнихъ чиновъ, съ установленными почестями, при отрядѣ войскъ мѣстнаго гарнизона и хорѣ музыки. На обитомъ чернымъ сукномъ помостѣ помѣщѳвы были гробы; вокругъ помоста построены войска, сюда же собралось все начальство и много посторонней публики. По окончаніи литургіи изъ собора показалась церковная процессія; были вынесены хоругви, напрестольныя иконы. Окруженный духовенствомъ въ траурныхъ ризахъ вышелъ архіерей и началъ отпѣваніе. Глубоко скорбную картину представляла вся эта церемонія на площади; всѣ присутствовавшіе невольно чувствовали торжественность этой непривычной обстановки. Какъ будто въ соотвѣтствіи съ печальнымъ обрядомъ, и погода была хмурая и ненастная.
Послѣ продолжительной архіерейской службы, гробы подняты офицерами и нижними чинами на носилки и предшествуемые пѣвчими и духовенствомъ, съ преосвященнымъ во главѣ, тронулись изъ соборной ограды. На гробы были возложены вѣнки отъ начальника гарнизона и офицеровъ 14-го стрѣлковаго полка. Церковное пѣніе чередовалось съ грустными мотивами похороннаго марша. Очень печальную картину представляло это шествіе, далеко растянувшееся; много публики шло по сторонамъ процесіи. Туземное населеніе съ любопытствомъ провожало взорами шествіе; плавно покачиваясь на носилкахъ, возвышались гробы, покрытые андреевскими флагами. У свѣже вырытой общей братской могилы была отслужена краткая литія и, при прощальномъ троекратномъ залпѣ, гробы были опущены въ могилу.
Не взирая на морозную ненастную погоду, преосвященный все время шелъ пѣшкомъ во главѣ процессіи до самаго кладбища. Всѣ присутствовавшіе на похоронахъ, несомнѣнно, были глубоко признательны архипастырю, добровольно согласившемуся принять участіе въ печальномъ обрядѣ.
Захватъ японцами нашихъ коммерческихъ судовъ.
Японскій флотъ въ теченіе цѣлыхъ 2-хъ недѣль, послѣдовавшихъ за первой бомбардировкой Портъ-Артура, не обнаруживалъ никакой замѣтной дѣятельности. Причинъ тому было нѣсколько. Во-первыхъ, японцы изрядно пострадали во время первой бомбардировки Порта-Артура. Какъ сообщаетъ наша оффиціальная правительственная телеграмма отъ 30 января, къ Чифу послѣ боя японская эскадра подошла, имѣя 3 большихъ судна на буксирѣ и 2 подъ креномъ. Во вторыхъ, внезапно наступившая морозная погода, сковавшая прибрежье льдомъ и преградившая, такимъ образомъ, доступъ ко всѣмъ удобнымъ для высадки десанта близъ Порть-Артура мѣстамъ, дѣлала безполезными всякаго рода агрессивыя дѣйствія со стороны японскаго флота. Что послѣдній, въ теченіе первыхъ дней послѣ боя, ро крайней мѣрѣ, держался въ Ляодунскомъ заливѣ, на это даютъ намъ указанія свидѣтельства телеграммъ, что съ 29-го января по 1-е февраля на взморьѣ въ Инкоу видны были огни непріятельской эскадры. Эта японская эскадра у Инкоу и 6 японскихъ броненосцевъ у Та-тун-гоу показываютъ (см. телегр.), что японцы, очевидно, намѣревались высадить десантъ при самомъ началѣ военныхъ дѣйствій въ этихъ двухъ важныхъ стратегическихъ пунктахъ и отрѣзать такимъ образомъ Порть-Артуръ съ суши, какъ онъ отрѣзанъ теперь съ моря. Этотъ планъ ихъ рушился вслѣдствіе обмерзанія прибрежья; когда же вновь наступила теплая погода, благопріятный моментъ былъ упущенъ, и высадка въ этихъ пунктахъ вслѣдствіе болѣе значительнаго сосредоченія русскихъ войскъ, съ каждымъ днемъ становилась для японцевъ труднѣе.
Гдѣ потомъ была японская эскадра въ описываемый періодъ кампаніи, въ точности неизвѣстно. Мы знаемъ только, что часть судовъ отведена была въ Японію, въ ближайшіе доки Сасебо, для починки, и что между Чифу и Чемульпо былъ организованъ безпроволочный телеграфъ при помощи цѣпи разставленныхъ судовъ. Въ это же время японцы захватили довольно значительное количество нашихъ судовъ, находившихся въ водахъ Дальняго Востока въ моментъ открытія военныхъ дѣйствій.
Въ настоящее время съ достаточною точностью уже можно установить главнѣйшіе факты относительно захвата нашихъ торговыхъ судовъ японскими властями и крейсерами.
Пострадали, какъ сообщено въ "Нов. Вр.". 6 пароходныхъ и промышленныхъ обществъ и, кажется, нѣсколько отдѣльныхъ судовладѣльцевъ. Общее число захваченныхъ судовъ доходитъ до тринадцати.
Изъ отдѣльныхъ обществъ пострадали слѣдующія: