Какъ можно убѣдиться изъ разсмотрѣнія общей географической карты, южная Манчжурія омывается водами Желтаго моря и Печелійскаго залива, которые отдѣляются другъ отъ друга Ляодунскимъ полуостровомъ, имѣющимъ массивную треугольную форму и образующимъ на западѣ Ляодунскій и на востокѣ Корейскій заливы. Крайнюю южную оконечность полуостровной массы Ляодуна составляетъ узкій гористый придатокъ, простирающійся на югъ еще на 100 верстъ между названными выше заливами.
Почти по серединѣ его протяженія, у города Цзин-чжоу-тинъ (Кин-чао), береговыя извилины врѣзываются такъ глубоко, что оставляютъ отъ него лишь узкій перешеекъ, имѣющій менѣе двухъ верстъ ширины, который связываетъ съ континентомъ самое южное изъ развѣтвленій Ляодуна -- небольшой полуостровъ, наименованный англичанами на мореходныхъ картахъ "Regent's Sword" (Мечь Регента) и носящій китайское названіе Гуанъ-дунъ, по англійскому произношенію, усвоенному и русскими -- Кван-тунъ. (См. карту Квантнъ на стр. 45 "Лѣтописи").
На восточномъ берегу этого полуострова лежатъ бухты Лу-шун-коу или Портъ-Артуръ и Таліеннанъ, а на западномъ -- Цзинчжоу и Бо-лань-ху, или Портъ-Адамсъ.
Какъ удобныя якорныя стоянки при входѣ изъ Желтаго моря въ Печелійскій заливъ, Лу-шунь-коуская и Таліеннанская бухты пріобрѣли уже извѣстность со времени перваго знакомства европейскихъ и нашего флотовъ съ прибрежными водами Китая. Однако, слабая населенность береговъ этихъ бухтъ, кружность и дурное состояніе сообщеній съ Манчжуріей, а тѣмъ болѣе съ ближайшею китайскою провинціей Печели, были причинами, что они не могли служить для торговыхъ цѣлей, а потому и были оставлены безъ вниманія.
О бухтѣ Лу-шунь-коу или Порть-Артуръ {Происхожденіе названія Портъ-Артуръ объясняется такъ Въ 1858 г. англійское судно "Algerino" бросило свой якорь въ бухту китайскаго городка Лу-Шунъ-Коу. Такъ какъ это былъ первый европейскій корабль, зашедшій въ заливъ у невѣдомаго до тѣхъ поръ прибрежнаго пункта, то англичане и дали послѣднему свое наименованіе, назвавъ его Порть-Артуромъ въ честь командира "Algerino", лейтенанта Артура.} заговорили въ печати не далѣе какъ лѣтъ 25 тому назадъ, когда бывшій Печелійскій вице-король Ли-хун-чангъ устроилъ здѣсь базу и опорный пунктъ для созданнаго имъ китайскаго броненоснаго флота.
Еще осенью 1880 года былъ посланъ въ Лу-шунь-коу для производства топографическихъ и инженерныхъ изысканій отставной германскій офицеръ, поручикъ фонъ-Ганекенъ, состоявшій на китайской службѣ въ должности личнаго адьютанта при Ли-хун-чангѣ, а въ декабрѣ того же года, по утвержденіи составленнаго имъ плана, было уже приступлено къ возведенію первыхъ укрѣпленій, надъ которыми работало ежедневно до 4,000 кули. Съ этого времени работы по фортификаціонному обезпеченію Лу-шунь-коу и устройству въ немъ порта продолжа. лись съ везначительными перерывами до самой японо-китайской войны, и до 80 милл. рублей было затрачено, чтобы изъ рыбацкой деревни создать первоклассную крѣпость и лучшій въ Китаѣ военный портъ.
Въ 1884 году Лу-шунь-коу былъ соединенъ телеграфомъ съ Тянь-цзиномъ и Пекиномъ черезъ Нью-чжуанъ и Шанхай-гуань.
Въ 1894 году, во время японо-китайской войны, Портъ-Артуръ былъ взятъ штурмомъ японцами. Опустошивъ его форты и мастерскія, японцы увезли всѣ пушки, машины и станки. Самые форты, портовыя зданія дока, представлявшія цѣнность въ нѣсколько милліоновъ рублей, оставлены неразрушенными. Въ силу подписаннаго въ Пекинѣ 15-го марта 1898 года особаго соглашенія съ Китаемъ, Россіи уступлены въ пользованіе на 25-ти-лѣтній срокъ, который можетъ быть затѣмъ продолженъ съ обоюднаго соглашенія, порты Артуръ и Таліеннанъ, съ соотвѣтствующею территоріей и воднымъ пространствомъ; вмѣстѣ съ тѣмъ, намъ предоставлена постройка вѣтви на соединеніе этихъ портовъ съ Великой Сибирской желѣзной дорогой. Когда 16-го марта состоялось уже занятіе обоихъ пунктовъ нашими гарнизонами, то въ Портъ-Артурѣ оставались только слѣды бывшей крѣпости.
Во время китайскихъ волненій 1900 года, все китайское населеніе бѣжало изъ города, и Портъ-Артуръ опустѣлъ. Мѣстное городское управленіе очутилось въ странномъ положеніи, -- ему пришлось управлять городомъ безъ жителей. Впрочемъ, это продолжалось недолго. Тотчасъ же во окончаніи войны жители стали возвращаться въ Артуръ. Но брошенные ими дома, лавки, товарные склады сдѣлались уже собственностью города. Всѣ строенія были зарегистрированы, описаны, перенумереваны. Это было уже городское имущество, которымъ жители могли пользоваться только за извѣстную плату. Такимъ образомъ получилось то, совершенно необыкновенное, положеніе вещей, при которомъ городское управленіе сдѣлалось хозяиномъ не только всей городской территоріи, но и всѣхъ находящихся на ней построекъ. Это обстоятельство имѣло весьма важное значеніе для дальнѣйшаго развитія города. Городское управленіе спѣшило разрушить всѣ старинныя строенія, проложить новыя, широкія улицы и построить городъ по новому плану.