Конногвардейцы на поляхъ Манчжуріи.
Двадцать восемь офицеровъ и двѣнадцать нижнихъ чиновъ изъ конногвардейской семьи приняли въ разной мѣрѣ участіе въ японской войнѣ на поляхъ Манчжуріи.
Среди этихъ конногвардейцевъ не замедлили произойти и тяжелыя утраты: есаулъ 2-го верхнеудинскаго полка А. Я. Соловьевъ, тяжко занемогъ въ Ляоянѣ и умеръ 6-го мая 1904 года на станціи Хилокъ.
Сотникъ 2-го Читинскаго полка В. В. Фонъ-Валь былъ тяжело раненъ 28-го апрѣля 1904 года при Селюджанѣ, прикрывая съ горстью казаковъ отступленіе своей сотни; раненый онъ упалъ съ лошади, былъ взять въ плѣнъ и находится въ настоящее время въ Мацуямѣ.
30-го декабря 1904 г. подъ Инкоу убитъ наповалъ сотникъ 2-го Дагестанскаго коннаго полка Колюбакинъ -- въ то время, когда онъ со своими людьми штурмовалъ городъ.
Раненъ въ плечо подъесаулъ 2-го Дагестанскаго полка Бискупскій. Этотъ офицеръ выздоровѣлъ и вернулся въ строй. Долго безъ вѣсти пропадалъ въ смѣлой развѣдкѣ хорунжій 2-го Верхнеудинскаго полка графъ Бенкендорфъ.
Изъ нижнихъ чиновъ конногвардейцевъ убитъ бывшій рядовой эскадрона Его Величества Коваль, переведенный во 2-й Дагестанскій полкъ и эвакуированъ по болѣзни бывшій ряд. 2-го эск. Матвѣевъ, служившій въ томъ же 2-мъ Дагестанскомъ полку.
12-го марта 1904 года уѣхалъ на войну бывшій конногвардеецъ сотникъ, А. А. Зиновьевъ, а 10-го мая онъ былъ убить около селенія Лишіапауцъ, близъ Хабалина, въ разъѣздѣ 2-го Читинскаго полка смѣло пробравшемся за первую японскую линію и перерѣзавшемъ ихъ телеграфъ.
Первоначальныя извѣстія объ обстоятельствахъ его смерти были неопредѣленны и сбивчивы. "Горя и непріятностей много", писалъ хорунжій 2-го Верхнеудинскаго полка графъ Б. 25-го мая: "тяжело мнѣ по поводу смерти бѣднаго Зиновьева. ...Бѣдный, онъ сдѣлалъ то, что другіе сдѣлать не могли, пробрался къ самому почти Фынъ-Хуанъ-Чену, перерѣзалъ даже телеграфную проволоку
...и вдругъ убить... Уже третій изъ полка. Сколько насъ вернется? Сначала Валь, потомъ Соловьевъ, наконецъ Зиновьевъ. Былъ я за нѣсколько дней до извѣстія о его смерти у нихъ въ полку. Тамъ было получено отъ него извѣстіе, что ему удалось перерѣзать проволоку; всѣ за него были довольны и почти увѣрены, что онъ вернется. Мнѣ-же было грустно, что его пѣть... Какъ будто даже предчувствіе было, что онъ не вернется. Нельзя себѣ представить, какъ мнѣ это больно. Вотъ уже 5-й день, что я узналъ объ этомъ и не могу еще успокоиться и забыть...".