"Подготовка пѣхоты дала безусловно хорошіе результаты", писалъ одинъ нѣмецкій наблюдатель, генералъ фонъ-Янсонъ: "способность выносить тягости боевой жизни и выносливость на походѣ заслуживаютъ быть отмѣченными. Солдаты очень вымуштрованы, на маневрахъ внимательны и въ рукахъ офицеровъ, дисциплина огня хороша.
"Повидимому, существуетъ склонность къ фронтальнымъ атакамъ... Въ противоположность китайцамъ, едва знакомымъ съ понятіемъ патріотизма, японецъ рѣзко проникнутъ національнымъ духомъ и любовью къ родинѣ."
Особое вліяніе на эволюцію тактическихъ воззрѣній въ Японіи оказала Англо-Бурская война. До того времени, вслѣдствіе неблагопріятныхъ условій мѣстности вблизи мѣстъ расположенія войскъ, наблюдалось преобладаніе сомкнутыхъ строевъ. Послѣ этой войны ударились въ другую крайность: распространеніе въ ширину безъ расчлененія въ глубину.
Употребленію лопаты въ наступательномъ бою и при оборонѣ было удѣлено усиленное вниманіе. Военно-ученое общество въ Токіо, издало переводъ нѣмецкой брошюры "Der deutsche Infanterieangriff, 1902" и она послужила основой для дальнѣйшаго обученія войскъ. Благодаря наблюденіямъ въ южной Африкѣ майора Хираоки (убить въ 1904 г.) японцы научились у англичанъ ночнымъ дѣйствіямъ; они справедливо оцѣнили причину неудачъ англичанъ въ этихъ дѣйствіяхъ и приступили къ систематическому обученію своихъ войскъ, начавъ съ роты и дойдя до высшихъ единицъ. Практику въ ночныхъ дѣйствіяхъ японцы уже имѣли и въ войну съ Китаемъ. Въ послѣднюю войну японцы широко примѣнили этотъ опытъ.
Чрезмѣрное растягиваніе по фронту, заимствованное у англичанъ, вскорѣ исчезло.
"На полѣ битвы,-- пишетъ одинъ англійскій офицеръ,-- японцы примѣняли такіе строи, за которые въ Альдершотѣ {Большой лагерь близъ Лондона.} прогнали бы съ ученья цѣлые батальоны. При Ялу японская пѣхота перешла Эй-хо глубокими колоннами, и русскій огонь не могъ остановить этого движенія, сметавшаго все на пути. Подъ Кинчжоу можно было видѣть строи, болѣе подходившіе подъ то, что мы видимъ на европейскомъ материкѣ, чѣмъ на маневренныхъ поляхъ Альдершота и Сольсбери. Только начиная съ Дашичао японцы стали распространяться ьо фронту, вѣроятно, для скорѣйшаго достиженія перевѣса въ огнѣ. Во всякомъ случаѣ, они пользовались сомкнутыми строями съ блестящимъ успѣхомъ. Можетъ быть, это подчасъ и увеличивало потери, но, пуская въ дѣло массу, можно разсчитывать нанести тяжелыя потери врагу, захватить плѣнныхъ и орудія, если атака доведена до конца. Не подлежитъ сомнѣнію, что повтореніе подобныхъ, тщательно подготовленныхъ огнемъ атакъ производило на русскихъ подавляющее впечатлѣніе. Обороняющійся получаетъ совершенно иное впечатлѣніе, будучи вынужденъ очистить позицію подъ угрозой обхода, чѣмъ когда онъ выбитъ оттуда лавиной штыковъ, предварительно будучи осыпанъ градомъ ружейныхъ пуль и затопленъ шрапнельными пулями скорострѣльной артиллеріи.
Англо-Бурская война дала японцамъ два дальнѣйшіе урока:
1) Фронтальная атака неизбѣжна, начальникъ не долженъ жалѣть человѣческихъ жизней; чѣмъ энергичнѣе и быстрѣе онъ добьется перевѣса въ огнѣ, и чѣмъ дольше артиллерія будетъ подерживать пѣхоту, тѣмъ бой обойдется ему дешевле.
2) Въ Южной Африкѣ побѣда часто ускользала изъ англичанъ потому, что они боялись пустятъ въ дѣло все и при колебаніяхъ боя не рѣшались бросить на карту послѣднюю ставку.
Выказанное еще въ 1894 году, присущее монгольской расѣ упорство въ управленіи боемъ было типичнымъ явленіемъ для всѣхъ боевъ; колебаній и нерѣшительности не было; какъ бульдогъ, японская пѣхота не выпускала своего противника, разъ она вошла въ соприкосновеніе съ нимъ, и повторяла атаки, пока не достигала успѣха, сама окровавленная и изнеможенная. Типичными примѣрами могутъ служить безцѣльныя, но отчаянныя атаки Оку и Нодзу 17-го и 18-го августа подъ Ляоянонъ.