Въ первыхъ преобладаютъ роскошныя зданія, великолѣпныя лавки и магазины, у входа въ которые врыты въ землю гигантскія мачты, густо окрашенныя, такъ же какъ и ихъ многочисленныя развѣтвленія, золотою и красною краской и украшенныя многочисленными чудовищами. Къ верху эти развѣтвленія постепенно уменьшаются, а на совершенно обнаженной верхушкѣ мачты помѣщается великолѣпный павлинъ съ распущеннымъ хвостомъ.
Въ окнахъ великолѣпныхъ домовъ полузакрытыхъ трельяжемъ мелькаютъ женскія головки съ огромными затѣйливыми прическами и ярко накрашенными щеками, или надменныя лица важныхъ мандариновъ, разглядывающихъ прохожихъ въ лорнетъ.
На улицахъ гарцуютъ нарядные всадники, обгоняя маленькія голубыя разрисованныя золотомъ каретки съ запряженными въ нихъ мулами. Каретки останавливаются у подъѣздовъ. Кучеръ, вскочивъ со своего мѣста, одной рукой сдерживаетъ разгорячившагося мула, другою опускаетъ подножку кареты. Дверца отворяется и изъ кареты выходитъ дама, сперва мелькаютъ ея шелковыя чулки и красиво испещренныя башмачки, pатѣмъ ея ярко вышитая курма, и наконецъ, гигантская прическа. Моментъ, и дама скрывается pf дверью отъ любопытныхъ прохожихъ.
Въ этомъ пыльномъ поселкѣ, совершенно высушенномъ степными вѣтрами, особенно сильно чувствуется недостатокъ зелени, тѣни и свѣжести.
Тѣнистые, лѣсные уголки, съ ярко цвѣтущими газонами, какимъ-то чудомъ уцѣлѣли только вокругъ гробницъ императоровъ, внушая тѣмъ большее къ нимъ уваженіе.
Наилучшее среди нихъ положеніе занимаютъ западныя гробницы.
Въ вѣковомъ сосновомъ лѣсу, густо поросшемъ цвѣтущимъ шиповникомъ, вдоль глубокаго студенаго озера, берега котораго, сплошь усѣянные фіалками, совсѣмъ заставляютъ забывать, что находишься въ Манчжуріи, тянется длинная тѣнистая аллея, окаймленная статуями животныхъ. Эта аллея ведетъ во входу въ 3-хъ-этажный кіоскъ, внутри котораго находится входъ въ подземелье, устроенный въ видѣ гигантскаго купола.
Въ подземельѣ и покоятся останки Манчжурскихъ императоровъ.