Ева (плачет, хватает Ефросимова за руки). Милый, любимый, великий, чудный
человек, сиреневый, глазки расцеловать, глазки расцеловать! (Гладит
голову Ефросимова, целует.) Какой умный!.. Ефросимов. Ага! Ага! Дайте мне еще отравленного! Еще! (Шарит лучом, наводит
его на мертвого продавца.) Нет! Этот погиб! Нет! Не будет Жака! Адам. Профессор! Профессор! Что же это вы? А? Спокойно! Ефросимов. Да, да, спасибо. Вы правы… (Садится.) Дараган. Я прозрел. Не понимаю, как это сделано… Кто вы такие? (Пауза.)
Ева?! Ева. Да, это я, я! Дараган. Не становитесь близко, я сам сниму костюм. (Снимает.) Адам? Адам. Да, я. Дараган. Да не стойте же возле меня! Отравитесь! Как вы сюда попали? Ах да,
позвольте… Понимаю: я упал сюда, а вы случайно были в магазине… Как
звенит у меня в голове! Так вы сюда пришли… и… Адам. Нет, Дараган, это не так. Ефросимов. Не говорите ему сразу правды, а то вы не справитесь с ним
потом… Адам. Да, это верно. Дараган. Нет, впрочем, не все ясно… (Пьет.) Адам. Откуда ты? Дараган. Когда я возвращался из… ну, словом, когда закончил марш-маневр, я
встретил истребителя-фашиста, чемпиона мира, Аса-Герра. Он вышел из
облака, и я увидел в кругах его знак — трефовый туз!