Прибыв домой, он выложил спички на стол и, отойдя, полюбовался на них. Глупая улыбка не сходила с его лица. Затем Коротков взъерошил белокурые волосы и сказал самому себе:
– Ну-с, унывать тут долго нечего. Постараемся их продать.
Он постучался, к соседке своей, Александре Федоровне, служащей в Губвинскладе.
– Войдите, – глухо отозвалось в комнате.
Коротков вошел и изумился. Преждевременно вернувшаяся со службы Александра Федоровна в пальто и шапочке сидела на корточках на полу. Перед нею стоял строй бутылок с пробками из газетной бумаги, наполненных жидкостью густого красного цвета. Лицо у Александры Федоровны было заплакано.
– 46, – сказала она и повернулась к Короткову.
– Это чернила?.. Здравствуйте, Александра Федоровна, – вымолвил пораженный Коротков.
– Церковное вино, – всхлипнув, ответила соседка.
– Как, и вам? – ахнул Коротков.
– И вам церковное? – изумилась Александра Федоровна.