«...Странно, странно все-таки, — подумал Берлиоз, — откуда он это знает... Дикий разговор... Акцент то появится, то пропадет. Ну, словом, прежде всего, телефон... Все это мы разъясним...»
Дико взглянув еще раз на сумасшедшего, Берлиоз стал уходить.
— Может быть, прикажете, я ей телеграммку дам? — вдогонку крикнул инженер. — Здесь телеграф на Садовой поблизости. Я бы сбегал?! А?
Владимир Миронович на ходу обернулся и крикнул Иванушке:
— Иван! На заседание не опаздывай! В девять с половиной ровно!
— Ладно, я еще домой забегу, — откликнулся Иванушка.
— Послушайте! Эй! — прокричал, сложив руки рупором, Воланд, — я забыл вам сказать, что есть еще [шестое доказательство, и оно сейчас будет вам предъявлено!..].............
Над Патриаршими же закат уже сладостно распускал свои паруса с золотыми крыльями, и вороны купались над липами перед сном. Пруд стал загадочен, в тенях. Псы во главе с Бимкой вереницей вдруг снялись и побежали не спеша следом за Владимиром Мироновичем. Бимка неожиданно обогнал Берлиоза, заскочил впереди него и, отступая задом, пролаял несколько раз. Видно было, как Владимир Миронович замахнулся на него угрожающе, как Бимка брызнул в сторону, хвост зажал между ногами и провыл скорбно.
— Даже богам невозможно милого им человека избавить!.. — разразился вдруг какими-то стихами сумасшедший, приняв торжественную позу и руки воздев к небу.
— Ну, мне надо торопиться, — сказал Иванушка, — а то я на заседание опоздаю.