Богомазов. Помилуйте, Сергей Васильевич, это петербургские басни!
Салтыков. Какие же басни? Меня самого чуть не отодрали однажды. Император Александр хотел мою лошадь купить и хорошую цену давал - десять тысяч рублей. А я, чтобы не продавать, из пистолета ее застрелил. К уху приложил пистолет и выстрелил. (Бенедиктову.) Ваши стихотворения у меня есть в библиотеке. Шкаф зет. Сочинили что-нибудь новое?
Кукольник. Как же, Сергей Васильевич. (Бенедиктову.) Прочитай "Напоминание". Преображенцы, вы любите поэзию, просите его.
Преображенцы улыбаются.
Салтыкова. Ах да, да, мы все просим. Право, это так приятно после мрачных рассказов о том, как кого-то отодрали...
Бенедиктов. Право, я... плохо помню наизусть...
Салтыков. Филат, перестань греметь блюдом.
Бенедиктов.
Нина, помнишь ли мгновенье,
Как певец усердный твой,