Дубельт. Как же, ваше сиятельство: не позднее послезавтрашнего дня я ожидаю в столице дуэль.
Бенкендорф. Между кем и кем?
Дубельт. Между двора его величества камер-юнкером Александром Сергеевичем Пушкиным и поручиком кавалергардского полка бароном Егором Осиповичем Геккереном-Дантес. Имею копию черновика оскорбительного письма Пушкина к барону Геккеренуотцу.
Николай I. Прочитай письмо.
Дубельт (читает). "...Подобно старой развратнице, вы подстерегали мою жену в углах, чтобы говорить ей о любви вашего незаконнорожденного сына. И когда, больной позорною болезнью, он оставался дома, вы говорили..." Пропуск. "...Не желаю, чтобы жена моя продолжала слушать ваши родительские увещания..." Пропуск. "...Ваш сын осмеливался разговаривать с ней, так как он подлец и шалопай. Имею честь быть..."
Николай I. Он дурно кончит. Я говорю тебе, Александр Христофорович, он дурно кончит. Теперь я это вижу.
Бенкендорф. Он бретер, ваше величество.
Николай I. Верно ли, что Геккерен нашептывал Пушкиной?
Дубельт (глянув на бумагу). Верно, ваше величество. Вчера на балу у Воронцовой.
Николай I. Посланник... Прости, Александр Христофорович, что такую обузу тебе навязал. Истинное мучение!