Дверь поминутно хлопала, влетали лакеи, бросали начальнику медные марки, вскрикивали:
- Осетрина Америкен! 5 раз! 8 бутылок очищенной, 7 единиц рябиновки!
Из дамской уборной доносились вопли. Там кого-то били бутылкой "Напареули" и чей-то голос взвизгивал:
- Я покажу тебе, как к чужим дамам приставать! Это тебе не кабак, а Большая Александровская Стрельна!
- Пст!.. человек! Пять рюмок полынной!
- Счас подаю. Сей минут!
Гражданин с чемоданом ввалился на вокзал и ошалел.
- Что ж это у вас делается такое? - робко спросил он у помощника начальника, который во фраке метрдотеля возвышался посредине зала.
- Пропадаем, гражданин! - ответил ему метрдотель. - После этого проклятого объявления вся Москва к нам хлынула. Все бросить пришлось. Сами видите, у нас теперь как в бывшем "Яре" на бывшей масленице.
- А мне в Витебск надо!