Милославский. Я всем женщинам нравлюсь.
Анна. Какая жестокость! Я себя презираю за то, что я призналась вам.
Милославский. Аннеточка, вы лучше пошли бы попробовали послушать, что они там назаседали.
Анна. Боже мой как можно подслушивать?
Милославский. Должно, когда такая пакость случилась.
Анна. Я не в состоянии.
Милославский. Ну, прощайте, Аннет. И в моей душе зародилось чувство к вам, но вы его вытоптали вашим равнодушием.
Анна. Жорж, подумайте, на что вы меня толкаете!
Милославский. Я уже подумал.
Анна. О, Боже, Боже! (Уходит.)