- Ну, а все-таки сочувствуешь ведь? - осведомился государь император и при этом улыбнулся так, что у Хвостикова по спине прошел мороз, градусов на 5.
- Отвечай не заикаясь, к-каналья, - посоветовал сзади голос.
- Я немножко, -ответил Хвостиков, - самую малость...
- Ага, малость. А скажи, пожалуйста, дорогой Хвостиков, чей это портрет у тебя на грудях?
- Это... Это до некоторой степени т. Каменев. - ответил Хвостиков и прикрыл Каменева ладошкой.
- Тэк-с, - сказал государь император. - Очень приятно. Но вот что, багажные веревки у вас есть?
- Как же, - ответил Хвостиков, чувствуя холод в желудке.
- Так вот: взять этого сукина сына и повесить его на багажной веревке на тормозе, - распорядился государь император.
- За что же, товарищ император? - спросил Хвостиков, и в голове у него все перевернулось кверху ногами.
- А вот за это самое, - бодро ответил государь император, - за профсоюз, за "Вставай, проклятьем заклейменный", за кассу взаимопомощи, "Весь мир насилья мы разроем", за портрет, за "до основанья", а затем... и за тому подобное прочее. Взять его!