И опять смолкло.
- Ну? - робко спросил председатель.
- Что "ну"? - спросил Опишков, заметно раздражаясь.
- А сколько это стоило, и вообще, извиняюсь, какая продолжительность, как говорится, и прочее... и прочее...
- Я не успел это подготовить, - отозвался Опишков голосом из подземелья.
- Тогда, извиняюсь, нужно было предупредить... ведь мы же просили, извиняюсь.
Опишковское терпение лопнуло, и лицо его стало такого цвета, как фуражка начальника станции.
- Я, - заорал Опишков, - вам не подчиняюсь!.. (В зале гробовое.)
- Ну вас к богу!.. Надоели вы мне, и разговаривать я с вами больше не желаю, - бухнул Опишков и, накрывшись шапкой, встал и вышел.
Гробовое молчание царило три минуты. Потом прорвало.