Елена. Так я вам и позволила… Ларион, я буду вам другом.
Лариосик. Читал, читал в романах… Как «другом буду» — значит, кончено, крышка! Конец! (Надевает пальто.)
Елена. Лариосик! Возвращайтесь скорее! Скоро гости придут!
Лариосик, открыв дверь, сталкивается в передней с входящим Шервинским. Тот в мерзкой шляпе и изодранном пальто, в синих очках.
Шервинский. Здравствуйте, Елена Васильевна! Здравствуйте, Ларион!
Лариосик. А… здравствуйте… здравствуйте. (Исчезает.)
Елена. Бог мой! На кого вы похожи!
Шервинский. Ну, спасибо, Елена Васильевна. Я уж попробовал! Сегодня еду на извозчике, а уже какие-то пролетарии по тротуарам так и шныряют, так и шныряют. И один говорит таким ласковым голоском: «Ишь, украинский барин! Погоди, говорит, до завтра. Завтра мы вас с извозчиков поснимаем!» У меня глаз опытный. Я, как на него посмотрел, сразу понял, что надо ехать домой и переодеваться. Поздравляю вас, — Петлюре крышка!
Елена. Что вы говорите?!
Шервинский. Сегодня ночью красные будут. Стало быть, Советская власть и тому подобное!