– Ну, в ГПУ и был.
– Я испугался, уж подумал, не задержали ли тебя.
– Зачем меня задерживать, – с достоинством сказал Внучата, – просто выясняли дело.
– Ты хоть бы дал знать...
Внучата хитро подмигнул и ответил:
– Дать знать... сказали – «не стоит», – и продолжал: – Ну-с, выяснили нашего дорогого Степана Богдановича.
– Где же он?
– В Звенигороде, в больнице, – торжественно сказал Внучата.
– Позвольте-е! – возмущенно вскричал Римский и сунул последнюю фотограмму Внучате, но тот даже и читать не стал.
– Плюнь и спрячь, – заговорил он, пододвинул кресло и, взяв сложенную афишу, заслонил ею лампу от себя. Римский глянул удивленно, а Внучата пояснил: «Да глаз болит».