Анатоль. Но как же я могу?..
Пьер. Третье - вы никогда ни слова не должны говорить о том, что было между вами и графиней. Этого, я знаю, я не могу запретить вам, но ежели в вас есть искра совести... Вы не можете не понять наконец, что кроме вашего удовольствия есть счастье, спокойствие других людей, что вы губите целую жизнь из-за того, что вам хочется веселиться. Забавляйтесь с женщинами, подобными моей супруге и вашей сестре. Они вооружены против вас тем же опытом разврата. Но обещать девушке жениться, обмануть, украсть! Как вы не понимаете, что это так же подло, как прибить старика или ребенка?
Анатоль. Этого я не знаю. А? Этого я не знаю и знать не хочу. Но вы сказали мне такие слова: подло и тому подобное, которые я, comme un homme d'honneur {Как честный человек.}, никому не позволю... Хотя это и было с глазу на глаз, но я не могу...
Пьер. Что же, вам нужно удовлетворение?
Анатоль. По крайней мере бы можете взять назад свои слова. А? Ежели вы хотите, чтобы я исполнил ваши желания? А?
Пьер. Беру, беру назад. И прошу вас извинить меня. И денег, ежели вам нужно на дорогу.
Анатоль робко улыбается. Элен, успокоенная, выходит на сцену.
О, подлая, бессердечная порода!
Темно
СЦЕНА II