Студентки были ошеломлены появлением всей компании с неизвестным лицом во главе.
- По поводу чего? По какому поводу? - добивались они.
И лишь одна сидела на сундуке и шила. По лицу ее блуждала скептическая улыбка.
- Осмотреть? Прекрасно! Осмотрите!
- Чего тут смотреть! Общежитие дайте! Вот что!
- Я, товарищи, не могу, к сожалению, вам дать общежитие... Описать могу...
Скептическая улыбка заиграла сильнее у сидящей на сундуке.
У студенток было чуть-чуть лучше, нежели у студентов. Во-первых, висел какой-то рыжий занавес, напоминающий занавес в театральной студии; во-вторых, кровати были как-то уютнее и приличнее застланы! Видна женская рука.
В остальном одинаково со студентами. Собачий холод зимой, та же беготня в Румянцевский музей за надобностями, ничего общего с прямым назначением музея не имеющими.
Вслед мне пел дружный хор мужских и женских голосов, как в фуге Баха: