– Но, ваше высочество, – отозвался Кознак, бледнея, – ведь я же пригласил его…
– А я, как вы видите, – ответил принц, – пригласил Кормье, и согласитесь сами, что удобнее будет, если вы нарушите свое слово, нежели я свое.
Кознак очень медленными шагами отправился объясняться с приехавшим Мольером.
Перед подъездом замка стоял покрытый пылью человек с пухлыми губами и утомленными глазами. Дорожные ботфорты его были белы.
За воротами замка виднелся длиннейший караван.
Впрочем, Кознак не очень хорошо рассмотрел как приезжего, так и караван, потому что ему было страшно поднять глаза.
– Я – Мольер, – сказал глуховатым голосом приезжий, снимая шляпу, – мы прибыли согласно распоряжению его высочества.
Кознак, набрав в грудь воздуху и еле шевеля суконным языком, выговорил такие слова:
– Принц… распорядился… сообщить господину Мольеру… что вышло некоторое прискорбное недоразумение… другая труппа уже играет в замке… принц просит считать вас… он просит сказать, что вы свободны.
И наступило молчание.