М а н ю ш к а. Дьявол! Караул! Дьявол! Караул!
Х е р у в и м (открывает шкаф и остолбеневает). Сволоць! У него клюц был!
Занавес
Ночь. Гостиная Зои освещена лампами под абажурами. В нише горит китайский фонарь. Х е р у в и м сидит в своем экзотическом наряде в нише – похож на божка. За дверями слышен звон двух гитар, слышно, как несколько голосов негромко поют: «Эх, раз, еще раз!..» Манекены стоят, улыбаются, не разберешь, живые они или мертвые. Много цветов в вазах.
А м е т и с т о в (выглянув из дверей). Херувим! Шампанского!
Х е р у в и м. Цицас! (Уходит, через некоторое время возвращается и опять садится в нише.)
Звуки гитар сменились роялем, на котором играют фокстрот. Из дверей выходит М е р т в о е т е л о, тоскливо оглядывается, направляется к Херувиму.
М е р т в о е т е л о. Позвольте вас просить, мадам!
Х е р у в и м. Я не мадама иесть...
М е р т в о е т е л о. Что за черт!.. (Подходит к одному из манекенов.) Один тур, мадам... Не желаете, как угодно... Улыбайтесь, улыбайтесь... Только смотрите, чтобы вам потом плакать не пришлось... (Потом подходит ко второму манекену.) Мадам... (Обнимает манекен за талию, танцует с ним.) Никогда в жизни не держал в руках такой талии... (Всматривается в манекен, отталкивает его, горько плачет.)