5) гонения,
6) (VI, 12 — VII, 3): землетрясения, падение солнца, кровавость звезд; люди, призывающие скалы пасть на них, колебание сил небесных, четыре губительных ветра.
[35] Это представление отчасти связывается с сравнением его с «змеем на дороге, аспидом на пути, уязвляющим ногу коня, так что всадник его упадет назад» ( Быт. XLIX, 17).
[36] Уже было отмечено выше, что это седмеричное славословие встречалось в V, 12. Различие лишь в том, что в последнем тексте оно непосредственно обращено к Агнцу, в первом же к «Богу вашему», хотя ему предшествует: «Богу нашему, сидящему на престоле, и Агнцу» (10).
[37] В Откровении жертвенник в небе упоминается 7 раз: VI, 9;VIII, 3 и 5; IX, 13; XIV, 18; XVI, 7. Возникает вопрос, различаются ли здесь, в главе VIII, два жертвенника, каднильный и всесожжения, или же нет (Charles I, 226-229).
[38] Трубы как человеков, так и ангелов в библейском словоупотреблении соответствуют свершениям исключительной силы и значительности. Сюда относятся в В. 3.: провозглашение закона на Синае ( Исх. XIX, 16, 19; падение стен Иерихонских ( Иис. Нав. VI, 13-20; Иоиль (день Господень); в Н. 3.: Мф. XXIV, 31; 1 Кор. XV, 52; 1 Фес. VI, 10 (трубы архангелов во втором пришествии Господа).
[39] Недаром ангел, пророчественно возвещающий о будущем (что «времени больше не будет»), клянется при этом «Живущим во веки веков» (т. е. Богом в Его вечности и трансцендентное»), который сотворил небо и все, что на нем, землю и все, что на ней, и море и все, что в нем» (6), т. е. Творцом. Здесь антиномия предвечного трансцендентного Бога и Творца берется во всей силе и обнаженности именно пред лицом тайны пророчествования.
[40] Ср. Allo, 1. с., экскурс XXII, 139-142.
[41] Allo, 1. с., экскурс XXIII, 142-146.
[42] «И грядешь» русского и славянского текста отсутствует в большинстве греческих рукописей, но, конечно, подразумевается по общему смыслу выражения вечности Божией, Как оно имеется в других параллельных текстах такого же значения: I, 4; I, 8; IV, 8.