[551] Все становится, находится в становлении (нем.).
[552] Знаменитый афоризм Гераклита известен в передаче Платона (Теэтет, 183 а). См.: Фрагменты ранних греческих философов. М., 1989. Ч. 1. С. 210--211.
[553] "Нет ничего такого, что не было бы промежуточным состоянием между бытием и ничто". ... "Становление есть исчезание бытия в ничто и ничто -- в бытие, и исчезание бытия в ничто вообще; но в то же время оно основывается на различии последних" (Гегель. Наука логики. М., 1970. Т. 1. С. 165, 167).
[554] Hegel. Wissenschaft der Logik, I, 101, 103 (курс. мой). Но Гегель распространяет бытие, а следовательно, и небытие на Бога и, по-видимому, вспоминая Беме, говорит: "Es wäre nicht schwer, diese Einheit von Seyn und Nichts in jedem Beispiele, in jedem Wirklichen oder Gedanken aufzuzeigen. Es muss dasselbe, was oben von der Unmittelbarkeit oder Vermittlung von Seyn und Nichts gesagt wergen, daxx es nirgend im Himmel (sie!) und auf Erden Etwas gebe, was nicht Beides Seyn und Nichts in sich enthielte". Далее Гегель прямо применяет это и к Богу: "So in Gott selbst enthält die Qualität Thätigkeit, Schöpfung, Macht u. s. w. wesentlich die Bestimmung des Negativen, -- sie sind ein Hervorbringen eines Anderen" (ib., 76)26.[26 "Было бы нетрудно показать это единство бытия и ничто на любом примере, во всякой действительной вещи или мысли. О бытии и ничто следует сказать то же, что было сказано выше о непосредственности и опосредованности (заключающем в себе некое соотношение друг с другом и, значит, отрицание), а именно, что нет ничего ни на небе, ни на земле, что не содержало бы в себе и ничто".
... "В самом Боге качество, деятельность, творение, могущество и т. п. содержат как нечто сущностное определение отрицательного, -- они создают некое иное" (там же, с. 143).]
В том же грехе -- распространения категории бытия на Бога -- следует признать повинным и Я. Беме, у которого не следует, конечно, ожидать при ном философской отчетливости. Однако учение о возникновении в Nichts -- Etwas", а равно и все учение о "природе в Боге" с ее духовно-физической диалектикой могут быть поняты только в этом смысле.
[555] Знаменитое рассуждение Платона о материи тесно связано с учением о творении мира. "Тимей" есть единственный диалог Платона, где мир рассматирвается как творение благого, "не ведающего зависти" Творца. Платон различает здесь (28 d): "Всегда сущее и не имеющее происхождения" (мир идей), "всегда бывающее, но никогда не сущее" (мир явлений) и, наконец, "трудный и темный" вид, назначение которого быть "субстратом (ΰποδοχήν) всякого происхождения (γενέσεως), как бы кормилицей (τιθήνην)". "О сущности, принимающей всякие тела, следует сказать, что она всегда остается тождественной (ταύτη ν), потому что она ни в каком случае не выступает из своей способности (δυνάμεως). Она всегда в себя все принимает, никогда, никаким образом никакой не усвояет формы, подобной в нее входящему; ибо она по природе есть вместилище (έκμαγεΐον), приводимое в движение и оформляемое от входящего, и благодаря ему представляется в разные времена по-разному" (50 Ь-с). "Принимающее можно уподобить матери, то, от чего (принимается), -- отцу, природу, занимающую промежуточное место между ними, -- порождению" (50 d). "Эту мать и субстрат (υποδοχή ν) всего, что явилось видимого и всячески чувственно постигаемого, мы не назовем ни землею, ни воздухом, ни огнем, ни водою, ни тем, что произошло из них или из чего произошли они сами; но не ошибемся, сказавши, что она есть некий вид безвидный, безобразный, всеприемлющий, как-то неис-следимо причастный мыслимости и неуловимый" (51 а). Наконец, материя определяется еще как род пространства (το της χώρας), не приемлющий разрушения, дающий место всему, что имеет рождение, само же, недоступное чувствам, уловляется некиим поддельным суждением, трудно вероятное" (52 а-Ь)28 [28 Ср.: Платон. Соч. Т. 3. Ч. I. С. 469, 491, 492, 493. Источник первой цитаты (28 d) указан неточно; следует читать: 27 d-28 a.] В прямом отношении к учению "Тимея" о материи стоит и учение о беспредельном (άπειρον) и предельном (πέρας) "Филеба"29 [29 См.: Филеб, 16 с-18 с (Платон. Соч. Т. 3. Ч. 1. С. 17--20).]. Известно, как платоновское учение о меональной материи было воспринято Аристотелем в его учении о первомате-рии (πρώτην ΰλη): последняя лишена всякой определенности, понятия и формы (άμορφος, (ίειδές, άγνωστος, αόριστος, αρρύθμιστος) (см. Метафизика, кн. IV, З)30 [30 Раздел "Метафизики", в котором говорится о первоматерии, указан Булгаковым неверно. Правильно: Мет. VII, 3 (См.: Аристотель. Соч. М., 1975. Т. 1. С. 189--190). "Беспредельное" и "предел" Платона Аристотель истолковывает как "материю" и "форму" (см.: Чанышев А. Ц. Аристотель. М., 1981. С. 37]. По вопросу о бытии и небытии в учении Платона заслуживает серьезнейшего внимания исследование Nicolai Hartmann. Plato's Logik des Seyns. Giessen, 1909. Несмотря на когенианские задания этой книги, она содержит тонкие исследования относительно самых трудных проблем платонизма и в этом отношении даже превосходит капитальную работу Natorp. Plato's Ideenlehre. Leipzig, 1903. И На-торп, и Гартман останавливаются на наименее изученных сторонах платонизма, на том, что можно назвать в нем "трансцендентализмом", и в этом неоспоримая заслуга Марбургской школы.
[556] Из истории одного обращения.
[557] Видовой признак (лат.).
[558] Св. Афанасий Александрийский говорит об отношении между Творцом и творением: "Все, что ни сотворено, нимало не подобно по сущности своей Творцу, но вне Его, по благодати и изволению Его сотворено Словом... Какое сходство между тем, что из ничего, и между Творцом, Из ничего приводящим это в бытие? Или какое возможно подобие у Сущего с не-сущим, имеющим уже тот недостаток, что некогда не имело бытия и помещено в числе вещей сотворенных?" (Творения св. Афанасия Великого, архиеп. Александрийского, ч. II, изд. 2-е. На ариан слово первое, стр. 202--204. Migne, t. 26, col. 53). "Естество сотворенных вещей, как происшедшее из ничего, само в себе взятое, есть что-то текучее, немощное, смертное. Бог же всяческих по естеству благ и выше всякой доброты... Посему-то он не завидует никому в бытии, но хочет, чтобы все наслаждались бытием... Итак, усматривая, что всякое сотворенное естество, сколько зависит от заключающихся в нем причин, есть нечто текучее и разрушающееся, на тот конец, чтобы вселенная не подверглась разрушению и не разрешилась опять в небытие, все сотворив вечным Словом Своим и осуществив тварь, не попустил ей увлекаться и обуреваться собственным своим естеством, отчего угрожала бы ей опасность снова прийти в небытие, но как благий управляет вселенною и поддерживает ее в бытии Словом же Своим... чтобы тварь... могла твердо стоять в бытии... и не подверглась бы тому, чему могла бы подвергнуться (т. е. небытию)" (Творения, ч. I, стр. 181--182. Слово на язычников, 41. Migne, t. 25, col. 82--84).