- А это что за череп?
- Это его волосы.
- А эти кости?
- Это его зубы.
- На что же эти краски на столике между щетками, пудрою и помадой?
- Это цвет лица моего барина.
- Хорош! - сказал я с насмешкою. - У него нет ни тела, ни души.
- Извините, - отвечал камердинер. - У него три тысячи душ: это важнее, нежели одна своя.
Я понял замечание лукавого камердинера и заключил из этого, что Фирюлькин должен быть негодным человеком во всех отношениях, когда слуги не имеют к нему уважения.
Меня позвали в кабинет. Фирюлькин взял меня за руку и весьма ласково попросил садиться.