Орлик не отвечал ни слова и, казалось, рассуждал о слышанном.
- Здесь ли Мария? - спросил гетман, по некотором молчании.
- Насчет этой женщины я хотел бы также представить вам некоторые замечания, - возразил Орлик. - Вы хотели отправить ее в Петербург, вероятно, с важным поручением. Можно ли надеяться на женщину?.. - Орлику, находившемуся в любовных связях с Марией Ивановной Ломтиковской, не хотелось с ней расстаться, а потому он вознамерился отклонить предназначенное ей путешествие возбуждением подозрения в гетмане.
- Будь спокоен! - сказал гетман, - Поручение ее не касается нашего общественного дела… Позови ее, а сам останься в канцелярии и изготовь подорожный лист для нее и подарки для моих приятелей в Петербурге.
Орлик вышел, и чрез несколько минут явилась Мария. Мазепа приветливо улыбнулся и, покачав головою, сказал:
- Чудная ты женщина, Мария! Вместо того, чтоб стареть, ты все становишься прекраснее. Я, право, боюсь, чтоб в Петербурге ты не вскружила всех голов…
- Тем лучше будет для вас, - отвечала Мария шутливо. - Я заставлю их преклониться пред вами.
- Спасибо и за доброе желание, - сказал Мазепа, - а что я не сомневаюсь в твоей дружбе, - примолвил он, взяв ее за руку, - это я докажу тебе теперь. Дело, которое я поручаю тебе ныне, составляет величайшую для меня важность. Орлик уже сказал тебе, что Наталия - дочь моя. Неопытность и злые советы вовлекли ее в постыдную страсть к этому бродяге, которого я лелеял в моем доме, к палеевскому казаку Огневику. Он теперь находится в Кронштадте, на Галерном флоте… Мария… друг мой… избавь меня навеки от этого человека!
Холодный трепет пробежал по всем жилам Марии. Мазепа заметил ее смущение.
- Ты побледнела, Мария! Что это значит?