- Погиб! Злодей Мазепа погубил его!
Огневик побледнел. "Предатель!" - сказал он про себя, слез с лошади и, взяв за руку Москаленка, примолвил:
- Расскажи мне все подробно. С погибелью моего благодетеля все кончилось для меня на свете… Все, любовь, надежда на счастье!.. Отомщу и умру!
- Дай обнять тебя, Богдан! - сказал Москаленко с жаром. - Я не обманулся в тебе. Иванчук подозревал тебя в измене, в тайных связях с Мазепою…
- Злодей! Я ему размозжу голову! - воскликнул в ярости Огневик.
- Его уже нет на свете, - возразил Москаленко, - он погиб жертвою своей преданности и верности к нашему вождю…
- Но расскажи же мне поскорее, как все это сталось, - сказал Огневик, - я мучусь от нетерпения!
Москаленко сел в сухом рву, возле дороги. Огневик поместился насупротив, и первый из них начал свой рассказ:
- Ты знаешь, что батько был запрошен вчера Мазепою на вечерний пир. Нашему старику не хотелось идти туда. Какое-то предчувствие удерживало его; он опасался, чтоб польские паны не заставили его выйти из себя и забыть должное уважение к гетману и данное ему слово не ссориться с поляками. Мы упросили его не пить с ляхами и не мешаться в их речи. Он пошел поздно и обещался возвратиться тотчас после ужина, приказав нам приготовиться на утро к отъезду в Белую Церковь. Целый вечер он был угрюм и несколько раз изъявлял свое неудовольствие противу тебя, за твою любовь к девице, близкой Мазепе. Мы оправдывали тебя как могли и как умели. Наконец батько пошел к гетману. До свету ждали мы возвращения его и, не дождавшись, хотели пойти за ним, в дом Мазепы, думая, что наш старик выпил лишнюю чарку. На улице встретил нас нищий, бандурист, который сказал нам, чтоб мы воротились домой и что он нам объявит важную тайну. Мы заперлись в светлице, и нищий сказал нам:
- Я целый вчерашний день забавлял слуг гетмана моею игрой и песнями и остался на ночь у них в доме, чтоб поживиться крохами от панского пира. Наевшись и напившись досыта, я заснул в сенном сарае. Сегодня один молодой служитель гетманский разбудил меня и сказал: