Журналист. Иначе и быть не могло, если наши братья позволяли школьникам умничать в своих листках, и если (что во сто крат хуже) мальчики брались за ремесло журналиста, требующее опытности, и -- смело сказать, добросовестности...
Вельможа. Не стыдитесь досказать: и познаний.
Придворный. Но если ваш сочинитель вооружался против всех злоупотреблений, а особенно против безграмотных юношей, то, верно, его ужасно бранили в журналах.
Библиограф. Без всякого сомнения: это участь каждого критика, каждого комического и сатирического писателя.
Молодая дама. Мне жаль этого бедного сочинителя! Но нельзя ли узнать, как он, бедняжка, воевал на литературном поприще?
Антикварий. Порывшись в книгах, конечно, можно все найти, но наизусть кто вспомнить эти дрязги?
Библиограф. Это весьма легко отыскать в биографическом Словарь Русской Словесности. ( Подходит к шкафу и, оборачиваясь к вельможе, говорит). Как бишь называется ваш сочинитель?
Вельможа. Ф. Булгарин.
Библиограф. Вот литера Б. Ну, слава Богу, нашёл. ( Смотря в книгу, говорит ). Но он сам издавал журнал. Этот сочинитель даже сильно критиковала безграмотных сочинителей своего века, а особенно дурных стихоплётов. За то доставалось и ему. Тут именно сказано, что лишь только его " Сочинения" вышли в свет, то на них накинулись неучи-критики, как вороны на спящего ястреба, и обругали не на живот, а на смерть!
Молодая дама. А он, бедняжка, что же делал? Верно, грустил.