Рыцарь подверг принесенное внимательному осмотру.
-- Этого совершенно достаточно, добрый Сексвольф, -- ответил он, подавляя вздох. -- Только вместо этого медвяного питья, которое больше годится пчелам, чем людям, дай мне лучше кружку чистой воды: это самый хороший напиток для готовящихся к битве.
-- Значит, ты никогда не пил эль?! -- воскликнул саксонец. -- Но я уважу твои иностранные привычки, чудной ты человек.
Де-Гравиль еще не успел порядком утолить свой голод, как уже затрубили рога, давая знать, что пора собираться в поход. Норманн заметил, к своему величайшему удивлению, что все саксонцы оставили своих лошадей. Тут к нему приблизился оруженосец с донесением, что Сексвольф строжайше запрещает рыцарю брать с собой коня.
-- Да где же это слыхано, чтобы заставляли норманнского рыцаря отправляться пешком навстречу врагу?! -- вспылил де-Гравиль. -- Зови этого подлеца... то бишь начальника, сюда!
Но в это время Сексвольф сам подошел, и де-Гравиль сердито начал доказывать ему, что норманнскому рыцарю немыслимо обойтись без боевого коня. Саксонец, однако же, тоже упорствовал и на все доводы рыцаря отвечал только: "Граф Гарольд приказал не брать с собой коней"; наконец он вышел из терпения и крикнул громко:
-- Или иди с нами пешком, или оставайся здесь!
-- Мой конь тоже благородного происхождения и потому лучше тебя годится мне в товарищи, -- сказал де-Гравиль, -- но я уступаю необходимости... заметь это: что я уступаю только необходимости! Я не хочу, чтобы о Вильгельме Малье де-Гравиле думали, что он по доброй воле пошел пешком в битву.
Он попробовал, можно ли свободно вынуть меч из ножен, крепче затянул панцирь и последовал за отрядом.
Какой-то валлиец служил им проводником. Он был подданным одного из королей-вассалов, подчиненных Англии, и ненавидел Гриффита гораздо больше, чем саксонцев.