Но вот снова раздался голос короля, но уже неясный и невнятный. Смех ли то был? Или стон?
Опять все смолкло. Жрец стоял на коленях и молился, между тем как рыцарь, дрожавший как в лихорадке, вынул из ножен меч. Воцарилась мертвая тишина, концы пик стояли неподвижно на воздухе... Вдруг снова послышался крик, но уж не такой резкий как прежде, и валлоны начали приближаться к тому месту, где стояли послы.
-- Им приказано нас убить, -- пробормотал рыцарь, прислонясь к скале. Но горе первому, кто подойдет ко мне на расстояние моего меча!
Толпа быстро шла вперед. Среди нее виднелись три предателя. Старик держал в руке длинный шест, на конце которого была надета отрубленная, истекавшая кровью, голова Гриффита.
-- Вот, -- сказал он, подойдя к послам, -- вот ответ Гарольду. Мы идем с вами.
-- Хлеба, хлеба! -- вопила толпа. А три предателя шептали злорадно:
-- Мы отомщены!