-- Ты увлекаешься, сир де-Гравиль, -- возразил злобно герцог, мигнув своими темными, блестящими глазами, -- ты говорил недавно, что он даже не подозревают о моих замыслах на английский престол и поддался твоему совету приехать за заложниками. Это дает понять, что он недальновиден!
-- Да, он не подозрителен, -- подтвердил де-Гравиль.
-- Какой толк в хорошо построенной крепости, если ее не охраняет никакой караул? И самый способный -- ничто без дальновидности.
-- Ты прав! -- ответил рыцарь, пораженный справедливостью замечания. Но Гарольд -- англичанин, а англичане считаются самым неподозрительным, из всех народов вселенной.
Герцог расхохотался, но смех его был прерван злобным рычаньем: он обернулся и увидел сына, катавшегося по полу с озлобленной собакой.
Вильгельм бросился к сыну, но мальчик закричал:
-- Не трогай, не трогай собаку! Я сумею без твоей помощи справиться с ней!
Он со страшным усилием вывернулся из-под собаки, встал на колени и, обхватив шею бульдога, сжал ее с такой силой, что чуть не задушил ее.
-- Ну, так я подошел на выручку собаки, -- сказал Вильгельм Норманнский с улыбкой прежних лет и высвободил не без труда бульдога из объятий ребенка.
-- Нехорошо, отец, -- заметил Роберт, получивший уже в то время прозвище коротконогого, -- заступаться за врага сына.