-- Мы скорее умрем все, чем оставим то поле, на котором потеряли нашего короля!
-- Ты слышишь, что они говорят, -- сказал надменно Тостиг. -- Я говорю то же самое.
-- Не на меня надет этот грех! -- проговорил Гарольд, торжественно простирая руку к небу. -- Итак, исполним теперь наш долг!
Пока происходило рассказанное, к скандинавам подошла помощь с их кораблей, что и сделало бой несколько сомнительным. Но Гарольд в эту минуту был таким же искусным вождем, каким он был в момент борьбы с Гардрадой. Он постарался держать саксонцев в непрерывном строю. И если иногда случалось, что напор превосходящей силы отрезал часть от общего строя, то она тотчас строилась в тот же грозный треугольник. Один норвежский витязь, став на стенфордском мосту, в течение долгого времени отстаивал этот проход. Более сорока саксонцев, по словам летописца, пало от его руки, Гарольд предлагал ему жизнь и даже -- оказать его мужеству должный почет, но надменный герой не хотел слушать эти предложения и пал наконец от руки Гакона. Он был как-будто воплощением Одина, этого скандинавского бога войны, С его смертью угасла последняя надежда викингов на победу, но они тем не менее не уступали, а падали на местах. Многие просто умирали от утомления. Когда ночь начала окутывать темным покровом место страшного побоища, король находился среди груды разбросанных щитов, опираясь ногой на труп знаменосца и положив руку на древко Опустошителя земли.
-- Смотри! Там несут тело твоего брата! -- прошептал ему Гакон на ухо, отирая хладнокровно кровь с своего меча и опуская его в ножны.
ГЛАВА XII
Сын Гардрады, Олай, был, по счастью, спасен от всей этой резни. На судах оставался сильный отряд норвежцев, а его предводители, предвидя результат ужасного сражения и зная, что Гардрада не сойдет с того поля, где водрузил своего Опустошителя земли, пока не победит или не ляжет трупом, удержали насильно принца на корабле. Но прежде чем суда успели выйти в море, меры, принятые саксонским королем, преградили им путь. Тогда смелые норвежцы построили шиты стеной вокруг мачт и решили погибнуть славной смертью витязей. На следующее утро Гарольд вышел на берег, а за ним знатнейшие вожди, опустив дротики острием вниз, несли торжественно тело убитого короля-бояна, они остановились и послали к норвежскому флоту переговорщика, который пригласил вождей, под предводительством принца, принять тело их государя и выслушать предложение короля англосаксов.
Норвежцы полагали, что им отсекут головы, но они тем не менее приняли предложение. Двенадцать знатнейших вождей и сам Олай сошли в шлюпку переговорщика. Гарольд вышел к ним навстречу с Леофвайном и Гуртом.
-- Ваш король, -- начал он, -- пошел войной на народ, ни в чем не виноватый. Он поплатился жизнью за неправое дело. Мы не воюем с мертвыми. Отдайте бренным останкам почести, достойные храброго витязя. Мы отдаем вам без выкупа и условий то, что не может более вредить нам... Что же касается тебя, молодой королевич, -- продолжал Гарольд, с состраданием посмотрев на статную осанку и гордую, но глубокую горесть Олая, -- мы победили, но не желаем мстить. Возьми столько кораблей, сколько тебе понадобится для оставшихся воинов! Возвратись на свои родные берега и защищай их так же, как мы защищали свои... Довольны ли вы мной?
В числе вождей находился владыка аркадских островов. Он вышел впереди всех, преклонил колено перед королем и сказал: