-- Странная ваша система, докторъ Морганъ, сказалъ докторъ Дозвеллъ, возвращая свою самодовольную улыбку, но на этотъ разъ съ оттѣнкомъ легкаго презрѣнія: -- съ помощію вашей системы, наши аптекари и москотельщики въ конецъ разгорятся.
-- И подѣломъ имъ! Безъ вашихъ аптекарей у васъ не было бы и паціентовъ, или, иначе, ваши аптекаря не раззорили бы въ конецъ паціентовъ.
-- Милостивый государь!
-- Милостивый государь!
-- Докторъ Морганъ, сказалъ Дозвеллъ:-- вы, можетъ быть, не знаете, что я самъ аптекарь и вмѣстѣ съ тѣмъ медикъ. Конечно, прибавилъ онъ, съ выраженіемъ величайшаго смиренія:-- я не получилъ еще диплома, но считаюсь докторомъ на практикѣ.
-- Это все равно, сэръ. Докторъ подписываетъ приговоръ, а аптекарь приводитъ его въ исполненіе.
-- Само собою разумѣется, возразилъ докторъ Дозвеллъ, съ принужденной улыбкой: -- мы не выдаемъ себя за людей, которые вызываются спасти человѣка отъ смерти сокомъ ядовитаго дерева.
-- И не можете выдавать даже и въ такомъ случаѣ, еслибы хотѣли. У насъ и самый ядъ употребляется какъ цѣлебное средство. Вотъ въ этомъ-то и заключается вся разница между вами, докторъ Дозвеллъ, и мною.
-- И въ самомъ дѣлѣ, сказалъ Дозвеллъ, показывая на дорожную аптечку гомеопата и стараясь казаться совершенно равнодушнымъ:-- я всегда говаривалъ, что если ваши безконечно малыя дозы не приносятъ пользы, то въ то же время онѣ не дѣлаютъ и вреда.
Докторъ Морганъ, равнодушно выслушавшій мнѣніе алломата, пришелъ въ изступленіе, когда его крупинки сочли безвредными.