-- Въ самомъ дѣлѣ? отвѣчалъ Рандаль, тономъ равнодушія.-- Это потому, что мы не можете любить меня?
-- Да.
-- Я и не ожидалъ отъ васъ любви, но все-таки не оставляю своего намѣренія. Я обѣщалъ вашему батюшкѣ, что не отступлю предъ вашимъ первымъ, необдуманнымъ отказомъ.
-- Я сейчасъ поѣду къ батюшкѣ.
-- Развѣ онъ этого требуетъ въ письмѣ своемъ? Посмотрите хорошенько. Извините меня, но я заранѣе предвидѣлъ ваше высокомѣріе; у меня есть другое письмо отъ вашего отца -- къ леди Лэнсмеръ, въ которомъ онъ проситъ ее не совѣтовать вамъ ѣздить къ нему (на случай, если бы вамъ вздумалось это) до тѣхъ поръ, пока онъ не пріѣдетъ самъ или не пришлетъ за вами. Онъ поступитъ такъ, если вы оправдаете данное имъ обѣщаніе.
-- Какъ вы смѣете говорить мнѣ это и разсчитывать на мою любовь?
Рандаль иронически улыбнулся.
-- Я разсчитываю только за бракъ съ вами. Любовь есть такой предметъ, о которомъ мнѣ нужно было говорить гораздо прежде или придется говорить впослѣдствіи. Я дамъ вамъ нѣсколько времени для размышленія. Въ слѣдующій приходъ мой нужно будетъ назначить день нашей свадьбы.
-- Никогда!
-- Стало быть, вы будете единственною дочерью изъ вашего рода, которая не повинуется отцу своему; вы къ этому присоедините еще то преступленіе, что окажете ослушаніе ему въ минуту горя, изгнанія и паденія.