-- Не рѣшаюсь; его самого подберутъ. Собаки стали очень цѣнны: ихъ продаютъ по пятидесяти франковъ за штуку. Пойдемте, де-Брезе; гдѣ мы будемъ обѣдать?
-- Я съ Савареномъ могу пообѣдать въ Лондонской Тавернѣ, пастетомъ изъ крысъ или вареною кошкой. Но было бы навязчиво приглашать такого сатрапа какъ вы, у котораго въ запасѣ цѣлая собака, блюдо въ пятьдесятъ франковъ, королевское блюдо. Прощайте, любезнѣйшій Фредерикъ. Allons, Саваренъ.
-- Я угощалъ васъ лучшими блюдами нежели собачина, когда имѣлъ средства, сказалъ Фредерикъ жалобно;-- а вы первый разъ пригласили меня и берете назадъ приглашеніе. Пусть такъ. Bon app é tit.
-- Bah! сказалъ де-Брезе, хватая Фредерика за руку когда тотъ повернулся чтобъ идти.-- Понятно что я пошутилъ. Но только въ другой разъ, когда мои карманы будутъ пусты, подумайте что за прекрасная вещь собака, и рѣшитесь, пока у Фокса еще остается нѣсколько мяса на костяхъ.
-- Мясо! сказалъ Саваренъ останавливая ихъ.-- Смотрите! Видите какъ правъ былъ Вольтеръ сказавъ что "удовольствіе первая потребность цивилизованнаго человѣка". Парижъ можетъ обойтись безъ хлѣба, нo продолжаетъ имѣть Полишинеля.
Онъ указалъ на кукольную комедію вокругъ которой собралась толпа, не только дѣтей, но и людей среднихъ лѣтъ и стариковъ; оборванный мальчикъ собиралъ въ маленькую тарелочку деньги.
-- И видите, тои аті, шепнулъ де-Брезе на ухо Лемерсье голосомъ врага искусителя,-- какъ Полишинель обходится безъ собаки.
Это была правда. Собаки не было и мѣсто ея занимала печальная тощая кошка.
Фредерикъ поплелся къ оборванному мальчишкѣ.
-- Куда дѣвалась собака Полишинеля?