-- Не изъ-за денегъ. А я полагаю что еслибъ не было на свѣтѣ ни денегъ, ни женщинъ, не было бы и ссоръ, и было бы очень мало докторовъ. Доброй ночи, сэръ.
-- Вотъ что странно, сказалъ Кенелмъ отворяя садовую калитку на фермѣ мистера Сондерсона,-- я цѣлый день ничего не ѣлъ кромѣ нѣсколькихъ жалкихъ сандвичей, а между тѣмъ не чувствую ни малѣйшаго голода. Такой пріостановки законной дѣятельности пищеварительныхъ органовъ никогда не случалось со мною прежде. Въ этомъ должно быть что-нибудь роковое и зловѣщее.
При входѣ Кенелма въ комнату, хотя ужинъ былъ уже давно конченъ, все семейство еще сидѣло вокругъ стола. Завидя Кенелма всѣ встали. Молва о его подвигѣ опередила его. Въ отвѣтъ на поздравленія, комплименты и вопросы которыми засыпалъ его добродушный фермеръ, онъ меланхолически воскликнулъ:
-- Но я потерялъ аппетитъ! Никакая слава не можетъ возмѣстить его. Позвольте мнѣ мирно отправиться въ постель; можетъ-статься въ волшебной странѣ сновъ природа подкрѣпитъ меня видѣніемъ ужина.
ГЛАВА XIV.
Кенелмъ всталъ рано утромъ чувствуя себя вялымъ и не совсѣмъ здоровымъ, но достаточно укрѣпленнымъ чтобъ ощущать смертельный голодъ. По счастію, одна изъ молодыхъ дѣвушекъ завѣдывавшая молочною была уже вставши и снабдила голоднаго героя миской молока съ хлѣбомъ. Потомъ онъ отправился на сѣнокосъ, гдѣ работы оставалось очень мало и кромѣ него работало всего нѣсколько человѣкъ. Джесси тамъ не было. Кенелмъ былъ радъ этому. Къ девяти часамъ работа была кончена, и фермеръ съ рабочими занимался на дворѣ пополненіемъ стоговъ. Кенелмъ ушелъ не будучи никѣмъ замѣченъ, намѣреваясь сдѣлать нѣсколько посѣщеній. Прежде всего онъ направился въ лавку содержимую мистрисъ Ботри, которую указала ему Джесси, и вошелъ подъ предлогомъ покупки пестраго шейнаго платка. Скоро, благодаря своей обычной вѣжливости, онъ свелъ близкое знакомство съ хозяйкой лавки. Это была маленькая хворая старушка; голова ея тряслась, какъ бы разбитая параличомъ, она была немного глуха, но еще проворна и смѣтлива, сдѣлавшись таковою механически, вслѣдствіе долгаго навыка въ проворствѣ и смѣтливости. Она сдѣлалась очень сообщительна, разказала о своемъ желаніи сдать лавку и провести остатокъ дней съ сестрой, тоже вдовою, въ сосѣднемъ городѣ. Со времени смерти ея мужа, поле и фруктовый садъ кот- рыми она владѣла вмѣстѣ съ лавкой перестали приносить доходъ и причиняли ей много хлопотъ и безпокойства; да и хозяйничанье; въ лавкѣ становилось утомительно. Но оставалось еще двѣнадцать лѣтъ аренды взятой ея мужемъ на двадцать одинъ годъ, и она желала бы передать ее съ выгодой и найти покупателя на лавку съ товаромъ. Кенелмъ скоро вывѣдалъ отъ нея что за все она желала бы получить сорокъ пять фунтовъ.
-- Вы не думаете ли сами пріобрѣсти ее? спросила она, надѣвая очки и внимательно оглядывая его.
-- Можетъ-быть и такъ если она можетъ доставлять средства жить прилично. Ведете вы книгу приходо-расходную?
-- Конечно, сэръ, сказала она съ гордостью.-- Я вела книги еще при покойномъ мужѣ, а онъ могъ бы замѣтить еслибы тамъ былъ просчитанъ хоть одинъ фартингъ, потому что онъ смолоду служилъ въ конторѣ юриспрудента.
-- Почему же онъ промѣнялъ службу въ конторѣ юриспрудента на содержаніе маленькой лавочки?