ГЛАВА XVI.
Въ домѣ мистера Траверса была большая коллекція фамильныхъ портретовъ; не многіе изъ нихъ были хорошаго письма, но сквайръ очевидно гордился такимъ свидѣтельствомъ многочисленности предковъ. Они не только занимали большое пространство на стѣнахъ пріемныхъ покоевъ, но висѣли во множествѣ въ главныхъ спальныхъ комнатахъ, улыбались или хмурились на зрителей изъ темныхъ переходовъ и отдаленныхъ корридоровъ. Однажды утромъ Сесилія, проходя въ Китайскій Кабинетъ, увидѣла Кенелма, который съ большимъ вниманіемъ разсматривалъ женскій портретъ помѣщенный въ одномъ изъ этихъ темныхъ убѣжищъ, по которому онъ проходилъ чрезъ заднюю лѣстницу изъ залы въ свою комнату.
-- Я не большой знатокъ въ живописи, сказалъ Кенелмъ когда Сесилія остановилась около него,-- но меня поразило что эта картина гораздо лучше тѣхъ которымъ отведены болѣе почетныя мѣста въ вашей коллекціи. И самое лицо такъ пріятно что могло бы служить украшеніемъ самой роскошной галлереи.
-- Да, сказала Сесилія съ легкимъ вздохомъ.-- Лицо пріятно и портретъ считается однимъ изъ самыхъ рѣдкихъ художественныхъ произведеній Лели. Прежде онъ висѣлъ надъ каминомъ въ гостиной. Нѣсколько лѣтъ тому назадъ отецъ перемѣстилъ его сюда.
-- Можетъ-быть онъ нашелъ что это не фамильный портретъ?
-- Напротивъ, его огорчаетъ мысль что это фамильный портретъ. Постойте! Я слышу его шаги. Не говорите съ нимъ объ этой картинѣ. Это для него очень тяжелый предметъ.
Сесилія скрылась въ Китайскій Кабинетъ, а Кенелмъ вернулся въ свою комнату.
Какой грѣхъ совершенный оригиналомъ во времена Карла II и открытый лишь въ царствованіе Викторіи побудилъ Леопольда Траверса перемѣстить самый лучшій портретъ въ домѣ съ почетнаго мѣста какое онъ занималъ, и изгнать его въ это темное уединеніе? Кенелмъ Чиллингли не говорилъ болѣе объ этомъ предметѣ, и часъ спустя пересталъ думать о немъ. На другой день онъ отправился на прогулку верхомъ съ мистеромъ Траверсомъ и Сесиліей. Путь ихъ лежалъ по уединеннымъ, тѣнистымъ проселкамъ безъ опредѣленнаго направленія, какъ вдругъ, въ томъ мѣстѣ гдѣ сходились три дороги подъ угломъ, предъ ними возстала уединенная сѣрая башня посреди обширнаго пространства поросшаго травою и имѣвшаго видъ когда-то бывшаго здѣсь парка, съ громадными пнями срубленныхъ дубовъ торчащими тамъ и здѣсь.
-- Сесилія! воскликнулъ Траверсъ, сердито затянувъ поводья и прерывая политическій споръ который велъ съ Кенелмомъ.-- Сесилія! Какъ это случилось! Мы ошиблись поворотомъ! Но все равно, я вижу тамъ,-- указывая направо,-- трубу дома стараго Мондля. Онъ еще не обѣщалъ своего голоса Георгу Бельвойру. Я поѣду и поговорю съ нимъ. Поѣзжай назадъ съ мистеромъ Чиллингли и подойдите меня на Тернеровомъ лугу, я пріѣду къ вамъ туда. Я не буду извиняться предъ вами, мистеръ Чиллингли. Голосъ на выборахъ дѣло серіозное.
Говоря это, сквайръ, котораго обычная верховая лошадь былъ старый гунтеръ, остановился, повернулъ, и не видя нигдѣ воротъ перескочилъ чрезъ изгородь и исчезъ въ томъ направленіи гдѣ виднѣлись трубы дома стараго Мондля.