-- О, простонала Джесси содрогнувшись и закрывъ лицо обѣими руками.
-- И кромѣ этого примите во вниманіе что мущина можетъ быть такъ же смертельно пораженъ въ сердце какъ и въ голову, и что женщина которая не думаетъ сколько несчастій можетъ причинить одно ея неумѣстное слово, одинъ неумѣстный взглядъ, беретъ на свою душу большую отвѣтственность. Подумайте объ этомъ и обѣщайте мнѣ что будете ли вы женой Уылла Сомерса, или нѣтъ, вы никогда не дадите никакому мущинѣ повода думать что онъ можетъ пріобрѣсть вашу любовь если только ваше собственное сердце не скажетъ вамъ что это возможно. Обѣщаете ли вы это?
-- Обѣщаю, обѣщаю... голосъ бѣдной Джесси былъ заглушенъ рыданіями.
-- Послушайте, дитя мое. Я не прошу васъ не плакать, потому что знаю женщины любятъ плакать, и въ настоящемъ случаѣ слезы могутъ дѣйствительно принести вамъ облегченіе. Но мы уже дошли до конца деревни. Гдѣ же домъ Уылла?
Джесси подняла голову и указала на маленькій уединенный коттеджъ.
-- Я попросилъ бы васъ войти и представить меня, но это было бы слишкомъ похоже на насмѣшку надъ бѣднымъ Томомъ Боульзомъ. Прощайте и простите мнѣ мое нравоученіе.
ГЛАВА XIII.
Кенелмъ постучалъ въ дверь коттеджа. Слабый голосъ отвѣчалъ: "войдите".
Онъ наклонилъ голову и перешагнулъ порогъ.
Послѣ встрѣчи съ Томомъ Боульзомъ, симпатія его перешла къ этому отвергнутому обожателю; побивъ человѣка естественно полюбить его. Кенелмъ былъ рѣшительно противъ того что Джесси предпочла больнаго калѣку.