Читаю записки Порошина,[61] воспитателя Павла I. Обожествление мальчишки, часто оч. гадкого и наглого.
Часто думаю о возвращении домой. Доживу ли? И что там встречу?
3.4.42. Суббота.
Летний день. Деревцо на нижней площадке - розовые цветы, коричн. листья. Зацвело грушевое дерево, яблоня - самое прелестное. [...] Цветут левкои. Букет у меня на столе. Несказанно очароват. благоухание.
Мучительная медленность войны - наступление в Африке, выдохшееся наступление русских да и немцев в России...
10. 4. Суб.
Кончил "18-й год" А. Толстого. Перечитал? Подлая и почти сплошь лубочная книжка. Написал бы лучше, как он сам провел 18-й год! В каких "вертепах белогвардейских"! Как говорил, что сапоги будет целовать у царя, если восстановится монархия, и глаза прокалывать ржавым пером большевикам... Я-то хорошо помню, как проводил он этот год, - с лета этого года жили вместе в Одессе. А клуб Зейдемана, где он был старшиной, игорный притон и притон вообще всяких подлостей!
11.4. Воскр.
[...] 31 марта умер (оч. тихо) Милюков.[62] Кончена долгая, - т. е. в сущности, оч. короткая - жизнь. Даже не верится. Давно ли - и т. д.
14. 4. Среда.